Написание рефератов, курсовых, дипломных работ на заказ

Реферат на тему возникновение москвы

Чтобы узнать стоимость написания работы "Реферат на тему возникновение москвы", кликните на банер

Рефераты, Курсовые, Дипломы

Последние заказанные работы сегодня

Как не надо писать

Ниже вы найдете фрагмент текста, являющейся примером того, как НЕ надо писать реферат, курсовую или дипломную работу на тему "Реферат на тему возникновение москвы" или любую другую. Такие работы вы можете встретить на недобросовестных биржах, где работу выполняют "универсальные" копирайтеры, которые зачастую не абсолютно не знакомы с предметом. Чтобы этого не произошло, рекомендуем использовать наш сервис, так как мы доверяем работу только проверенным исполнителям, работающим в нужной тематике.

И главное, куда она могла одна пойти? — Почему одна? Наверное, где-нибудь с Димкой, — сказал Лагоденко. — А кого же она в таком случае пилить будет за плохой товар? Это ж для нее полное неудобство… Шутливый тон разговора был Вадиму в тягость.

Вадим остановился вместе с Рашидом у картины Верещагина «Перед атакой под Плевной». На всех собраниях Бирюков заявлял, что «вопрос на днях решится, наша берет», однако дело тянулось уже третий год, а «Химснаб» все не выезжал. Он посмотрел ей в глаза. Говорили, что он сразу располагает к себе, а потом отталкивает, никто не может дружить с ним долго. — Не знаю… Ушел куда-то и никому не сказал. Она сама такая. Он падал так густо, обильно и тяжело, что казалось, это падение сопровождалось глухим поднебесным шумом. Каждая книга вызывала самые яростные и противоречивые суждения: «Ерунда!», «Фальшивка!», «Лучшая вещь о войне!», «Дамское рукоделье!», «Это все для детей!», «Это настоящая правда!» Сергей и Каплин наседали на Лагоденко, пытаясь вернуть его в область теоретического спора: — Ну хорошо, а основное отличие соцреализма от критического? — Да возьмите Горького… — Только без цитат — своими словами!. — К вам Козельский, Мирон Михайлович. И потом: кружки, научное общество… теперь еще в агитколлектив ввели.

— Не важно кому! Всем! Общая! — ответили голоса. Что это за выкрик под конец: «Вы так думаете?» Нелепое мальчишество!. Я чувствовал, что это решение во многом определит мою жизнь.

Вадим увидел их через короткое время в окно, стоявших на троллейбусной остановке.

И опять ему кажется, что обязательно он на днях забежит, искренне верит, что забежит. Взорвались аплодисменты, обрушив на Вадима белый, выкрашенный клеевой краской потолок с двумя горящими люстрами.

— Андрюшка! — сказала Оля, трогая брата за плечо.

Так повелось с детства, с тех давних пор, как умерла мать. — Если б ты знал, как я работал, Вадька, как гнал! Ты представь себе… — Оставшись наедине с Вадимом, он уже не сдерживал радостного волнения, говорил быстро и суетливо: — Последние шесть дней я буквально не спал, курил без конца, у меня две пачки выходило на день.

Родители его без конца ссорились, отец то уходил куда-то из семьи, то возвращался. Сев на край, он осторожно положил ладонь на одеяло Вадима и спросил шепотом: — Скажи честно… любишь Лену? — Что вдруг? — пробормотал Вадим, вздрогнув от неожиданности.

Двадцать второго января окончилась эта сессия — самая трудная в его жизни. — Это на третьей странице, двухколонник. По переулку бежали, торопливо докуривая на бегу, последние рабочие новой смены.

Когда боксеры после трехраундового боя пожимали друг другу руки, противник Лагоденко, долговязый белобрысый эстонец, студент МГУ, трогательно поцеловал Лагоденко в губы. А оно не выносит табака. :

— Я и говорю, товарищ Галустян. Выйдя вместе с Вадимом из фанерной комнаты, Муся спросила: — Схватили? — Что схватил? — Его черты… Ну, лицо! — Примерно схватил… — Тогда сейчас же идите и делайте.

Вы просто чародей! Взяв книгу, он стал жадно листать ее, все время улыбаясь, кивая и бегло, вполголоса, читая какие-то отдельные французские фразы.

Дружба этих удивительно разных людей началась еще в позапрошлом году, и началась анекдотически.

— Я, честное слово, не знал… Нет, ты серьезно? Палавин повернулся и, не отвечая, пошел вниз по лестнице.

О Козельском, так сказать, посмертно, а вообще — о формализме, космополитизме и всем прочем. Запнувшись на полуслове, он умолк и перевернул листок своих записей. — Он у нас кандидат на персональную стипендию, — добавил Сергей.

— Ну, не девушки, так… наверно, спортом увлекся? Конькобежным? Вадим посмотрел на него удивленно — и оба вдруг расхохотались.

Серьезно, Вадим, приезжайте! И папа тоже спрашивал: почему это Вадим больше не приезжает? А то ведь… — Оля запнулась и добавила тише: — Мы, наверно, встретимся с вами только на вокзале, когда Андрюшка вернется. И одновременно решится вопрос о персональной стипендии. Вы, вероятно, знаете это и сами. Так бывает между друзьями. — Его мама тяжело больна. Это был коренастый, сероглазый крепыш…» Палавин понемногу успокоился и читал с удовольствием и выразительно. Лет на пять вперед. Вадим не протестовал: от Лены никогда, в сущности, не было большого проку в газете. В университете меня знают мало, у вас я работал дольше. Понимаете? Значит, уже древнее слово «сочастье» имело общественный смысл. Его горьковский реферат был очень неплох. Но не женился. — Да, я должна, должна… я должна… — шептала она, отталкивая его слабой рукой, и выпрямилась. Он улыбался доброжелательно и спокойно, без всякого смущения, и крепко пожал всем руки, а Андрею дружески подмигнул. Вадим услышал одну фразу, громко сказанную Сергеем: «Но почему вы-то не можете?» Козельский заговорил что-то еще тише, мягче и в таком тоне говорил очень долго, без перерыва. И комсомольцы такую деятельность развили, — а ты мне ни слова и не сказала. Никакой воды не было, и Вадим выпил кружку пива. Быстрыми шагами Валя вошла в комнату. Помедлив, он сказал: — А я вот думал, что ошибся. — Целуйтесь, не прикидывайтесь! Нечего тут! — кричал Лесик суровым голосом. Там тоже произвели замену — на третьем номере, прямо против Вадима, стоит коротконогий рыжий парень с очень белым телом и веснушчатым плоским лицом. — На тренировки ты не ходил, и ставить тебя в команду после такого перерыва рискованно.

Вадим искренне чувствовал себя победителем. Опять он меня срезал, уже без всякого труда, ну я и… пошел на таран. И в городе, деловом и дождливом, в его будничной суете не было и следа этой жизни.

Я относился к тебе… да, скверно. Теперь, когда он решил ехать, автобус, как назло, долго не подходил. Неужели сидеть без табака, до вечера, а потом опять клянчить у матери на студенческие «гвоздики»? Он захлопнул окно.

— Зовут ее Га-ли-на, — сказал Андрей громче и с нарочитым спокойствием, но голос его дрогнул. — Ах, так! — сказал Вадим и, раздевшись, прошел в ванную комнату. Тот широколицый, рябой паренек в гимнастерке, туго заправленной за пояс, с двумя кубиками на петлицах, который пробежал, хрипло покрикивая: «По вагонам, по вагонам, товарищи!», был теперь во сто раз ближе к отцу, чем все они, вместе взятые. :

— Сергей вздыхает и озабоченно покачивает головой.

Будешь отвечать? Палавин отрицательно покачал головой. Бойко торговали ночные ларьки, лоточники с мороженым и папиросами, продавщицы цветов. Экономический эффект возможен лишь при коренной технической переработке… Основная идея представляет некоторый интерес, хотя в общем не нова».

Отец его уехал навсегда в другой город, на Кавказ… Через три недели после этого экзамена по алгебре началась война.

Он и так велик. А осенью он опять меня срезал на разных мелочах, дополнительных вопросах. Глядя на ее порозовевшие щеки и сияющие глаза, Вадим подумал, что она, должно быть, самая юная и самая счастливая сейчас в этом зале. Всю неделю над рефератом сидел. — Какой дурак, а? Ой, дурак же… Самого Лагоденко в общежитии не было. Толстый дядя в очках, одетый как заправский спортсмен, но, очевидно, впервые в жизни ставший на лед, медленно ехал вслед за милиционером. «Не люблю хиляков и богом обиженных. — Да ведь ты уходишь из общества. Люди гуляли по улице, сидели на сырых ночных скамейках в сквере перед театром. Ты что, Ольга, умом тронулась? — А что? — Как что? Человек из Москвы приехал погулять, отдохнуть, а ты его ночь-ночинскую по лесу гоняешь! И не стыдно? — Мы заблудились в снегопаде, — сказал Вадим. — Он чуть прищурил глаза, что-то вспоминая. »1 — Кекс! — Вадим улыбается, глядя на рисунок. Что вы?! Откуда? Это же ходячая добродетель. Когда шумно, со смехом все наконец уселись, встал Лесик и произнес следующую речь: — Братья и сестры во стипендии! Мы собрались сегодня в нашем дорогом манеже для двойного торжества. А теперь каким-то молчальником стал.

И вдвойне счастлив оттого, что я уезжаю в Харьков. Ему казалось, что все смотрят ему в спину и понимают, почему он не оглядывается.

Во многом помог ему Сергей Палавин. Болт, мол, нарезается не клуппом, а плашками. Валя встретила Вадима по-дружески приветливо, но в глазах ее он уловил беспокойство. В комнате девушек было светло и многолюдно.

Что это она хвостом вильнула? — Он хмуро посмотрел вслед Рае. :

— Что это вы… какие-то? — Какие — какие-то? Не говори глупостей. У тебя, значит, Красная Звезда и медали в два наката, — нормально! Вадим смотрит в сияющее лицо друга: в общем Сергей не изменился, только вырос, стал шире в плечах.

Большинство собрания проголосовало за выговор. — И в цехи сходите, посмотрите работу, но помните: это вам не турне, не экскурсия. — А мне не все равно! Вот, не можешь понять… Мне не все равно — дура моя мать или нет! «Не то, опять не то, — думал Вадим, — не то он говорит и не то хочет сказать…» — Ведь из-за нее по существу и вышла вся эта история с Валентиной, — сказал Палавин.

Надо сделать перерыв. — Я думаю, что… — Вадим решительно поднялся. — Разве это справедливо? В том же самом новогоднем «капустнике» два эпизода — в библиотеке и насчет стенгазеты — придуманы второкурсником Платоновым.

Говорили, что он сразу располагает к себе, а потом отталкивает, никто не может дружить с ним долго. — Помолчав, она добавила нерешительно. Днем здесь жили люди, теперь — огни. — Вся советская поэзия идет в общем по тому пути, по которому шел Маяковский. Час я говорил, а два часа потом спорили!. Я ее сократил в два раза. — А если любишь, значит, веришь. Лена не заметила Вадима; потом она скрылась в толпе. — Идем! — решительно кивнул Палавин. В громкую русскую речь вплетаются мягкий украинский говор, гортанный смех и голоса кавказцев. «Значение в развитии…» Здесь надо говорить о самом направлении реализма. Я уж вас погоняю! — Нет, правда, я только сейчас узнала, Вадим! — Она взяла его под руку и мягко, но настойчиво отвлекла в сторону от колонны. Держаться с ними запросто? «А, слесаришки! Ну как?. — У меня к тебе дело есть, Андрюшка. Только оконфузитесь с вашим первым номером. За окном синий с золотом душный вечер московского лета. Она уехала в Харьков. И все же Вадим вступил в НСО и решил работать в нем серьезно. Улица, на которой происходил воскресник, тоже подлежала исчезновению. Где он покажет ее, куда понесет? Никуда. — Нет, нет, я себя отлично чувствую! — воскликнул Мак чужим голосом, еле шевеля посиневшими губами.

— Я знаю, да, да! — Козельский торопливо кивает и поднимается с кресла. Но наша жизнь, к сожалению, вернее к счастью, заключается не в одном волейболе. Потом Саша спросил суровым голосом: — Чай пить будешь?.